Интервью с Евгением Ясеновым

Терриконы можно покорять и писателям. Писатель-журналист Евгений Ясенов подтверждает это на собственном опыте.
Написав книгу о «Прогулки по Донецку», побывав на ряде терриконов Донецка… Он оказался  на ресурсе donbass.NAME в качестве  почетного гостя, предоставив возможность задать в on-line режиме вопросы которых у посетителей ресурса оказалось множество.

Клим Вопрошалов (КВ): Расскажите немного о том, откуда возникла у Вас, сама идея покорения терриконов Донецка?

Как обычно, случайно. Мой друг и коллега, известный донецкий журналист Сергей Голоха, по дороге на работу забрел на вершину одного террикона. Так бывает в жизни, знаете… Принес в контору несколько камней с вершины. Вот тут меня и озарило…
КВ: И все таки хотелось бы более подробно узнать обо всем этом. Поделитесь?
Конечно, нечаянный подвиг Сергей Голохи послужил только толчком. Дальше уже была концепция. Я люблю свой город, мне интересно наблюдать за ним с разных ракурсов. Но с вершин терриконов он ведь открывается совершенно в ином варианте, чем снизу, с обычного, бытового уровня! При этом, мало кто пользуется этой возможностью — увидеть Донецк в таком ракурсе. А ведь это наш эксклюзив, большинство городов такой возможности лишены! Задумавшись над этим, я и родил акцию «Вид сверху». Его цель — сделать снимки Донецка с терриконов в разных частях города.
Посетитель* (П): Евгений, сколько всего терриконов Вы покорили уже и когда планируете следующую вылазку?
Пока на моем счету — семь терриконов в разных частях города, от Красного Пахаря до шахты Кировской. С наступлением тепла планирую открыть сезон, пара следующих жертв уже присмотрена.
П: Терриконы Вы покоряете в одиночку или не против взять с собой всех желающих поучаствовать в этом деле?
Терриконы я покоряю в одиночку. Это удовольствие специфическое, рекомендовать его никому я не стану, хотя знаю, что в Донецке есть любители этого дела, действующие совершенно независимо от меня.
КВ: Пейзажи с каждого террикона Донецка вероятно достаточно разнообразные, поэтому хотелось бы узнать, какой террикон, по-вашему, мнению наиболее интересен с данной позиции?
Наверное, тот, который расположен на проспекте Лагутенко, в самом центре города. С его вершины открываются четыре совершенно разнотипных вида. На юге — территория ДМЗ с дымами и цехами. На востоке — Калиновка с зеленью и Кальмиусом на переднем плане. На севере — центральная часть города со строящимися небоскребами. На западе — старый город, Александровка и прочие приветы из 19 века. Очень многогранное впечатление получается. Почти по Вуди Аллену: «Все, что вы хотели знать о Донецке, но не могли увидеть».
П: Какой террикон было труднее всего покорить и почему?
При всей кажущейся доступности, далеко не всякий террикон готов подчиниться первому встречному. Террикон, как и женщина, любит подход. Конечно, иногда получается сработать и по методу поручика Ржевского, то есть — нахрапом, но лучше все-таки изучить ситуацию на местности, прежде чем переться на очередную вершину. Тот же террикон на проспекте Лагутенко: знающие люди заверяли меня, что там есть удобная тропинка на самую вершину, и я шел туда в полной уверенности, что сразу же ее увижу. Но не увидел ни сразу, ни потом. В общем, пришлось подниматься прямо по склону — не отступать же! Я, конечно, не Рейнгольд Месснер, но в какой-то момент, глядя вниз, чувствовал себя самым настоящим покорителем вершин.
П: А сколько всего в Донецке терриконов? Знаете ли точную цифру? Можно и так поставить вопрос — сколько их было до 1991 г. и сколько осталось?
О количестве терриконов в Донецке. По официальным данным, их 111. Из них 60 все еще горят. И число их в последние годы не слишком меняется. Разговоры о том, что «надо ликвидировать породные отвалы, загрязняющие донецкую атмосферу» — пока только разговоры. Срытие отдельных терриконов, на месте которых строят супермаркеты — не в счет, они погоды не делают. То есть, мы можем говорить о том, что в Донецке как было в 1991 году, так и осталось чуть больше 100 терриконов. Именно так, кстати, получается, если подсчитать их количество в атласе Донецка. Это ведь совершенно открытая информация. Правда, террикон террикону рознь. Есть карлики высотой метров 20-30, есть гиганты — например, возле шахты Челюскинцев, в Петровском районе, его высота — 110 метров, это самый рослый террикон города. Причем получился таким он по недоразумению: технология запрещала насыпать отвалы высотой больше 100 метров, но кто-то наплевал на технологию.
П: Вот еще вопрос — в старой Юзовке и старом Сталино было популярное место — «глей»**. Приходилось там бывать?
О «глее» не слышал, а что это такое?
П: А есть ли на вершинах терриконов какая-то деятельность? Ну, например, о кафе на терриконе уже известно. Могу предположить бродячих художников, ищущих виды. Ну мало ли кто — слаломисты, хоть бы, или рубщики деревьев, или искатели кладов… В общем, такой сумбурный вопрос.
Конечно, деятельность там какая-то происходит. На вершине террикона у Мариупольской развилки мною были обнаружены два субъекта, поднявшиеся туда явно для распития спиртных напитков, но постеснявшиеся сделать это в моем присутствии и слишком скромные, чтобы попросить меня убраться и не мешать. Склоны террикона на Ветке (улица Молодых Шахтеров) используется как учебная автотрасса. Ну, а о том, что большинство потухших терриконов задействованы под гаражи, и говорить не стоит. Там жизнь бурлит вовсю: сторожа, собаки, бомжи, девушки в полосатых гольфах и строгие мужчины с папками, гоняющие бродячих фотографов с криками: «В Донецке с терриконов фотографировать запрещено!»
П: Как вы относитесь к идеям превращения терриконов, как к часто неустранимой части пейзажа, в нечто эстетическое либо функциональное. Кафе на терриконе было… Может аттракционы, может оригинальные зоны отдыха, место для монументальных произведений современного искусства метров по 40 в длину?
Старые, потухшие терриконы так и просятся под что-то туристическое. Кафе на терриконе у Мариупольской развилки, к сожалению, уже года полтора как приказало долго жить. Прошлый летом я там был — ужас, мрак и запустение. А ведь идея была просто потрясающая! Сколько гостей города я туда сводил — все были в восторге, хотя кухня у этого заведения была далеко не блестящая. Но ощущения непередаваемые, особенно для человека, никогда раньше по террикону не лазившего! Я в свое время писал, что по-настоящему патриотичный и при этом оборотистый человек давно бы уже развернул сеть кафешек на вершинах донецких терриконов. Но этот креатив так никто и не осуществил, увы…
Так что не судьба, видно, увидеть нешаблонное использование терриконов. Может быть, все дело в том, что мы к ним слишком привыкли в их обыденной функции и не представляем в другой? Горнолыжные трассы, туристические смотровые площадки. Или, например, громадная статуя шахтера с распростертыми руками. представляете, какой был бы символ города — почище Христа в Рио-де-Жанейро… Нет, мы пока — явно не Рио-де-Жанейро!
П: Взгляд на терриконы может быть очень разным: нечто — занимающее полезную территорию. Специфика ландшафта Донбасса. Горы полезного утиля. Да мало ли?
А как лично Вы, Евгений, воспринимаете эти рукотворные горы?
Для меня это — наш донецкий эксклюзив, который для очень многих людей из других городов является приметой нашего донецкого стиля. Как правило, люди о Донецке знают до обидного мало. А вот про терриконы знают все иногородние. Значит, эти «кучи», как назвала их одна гостья нашего города, достойны нашего внимания. Вообще, я хочу всячески донести до дончан одну крайне простую мысль: смотрите на родной город. В нем масса интересного. Не стоит думать, что мы о нем все знаем, потому что живем здесь 20, 30 или 50 лет. Практика, подкрепленная опросами, показывает: мы о нем не знаем почти ничего.
П: А интересовались ли Вы вопросами терриконов в других странах (не СНГ)?
Специально этот вопрос я не изучал. Но знаю, что в нашем замечательном побратиме Бохуме их уничтожают всячески (возможно, уже и уничтожили полностью). Кроме того, мой польский товарищ рассказывал, что в Катовицах и прилегающем угольном бассейне терриконы тоже есть, и их постепенно утилизируют, вокруг этого развернулся нешуточный бизнес с немалыми деньгами. Вот, собственно, где-то так…
П: Что больше всего фотографировать Вам по душе?
Больше всего люблю фотографировать родной город. Но только этим не ограничиваюсь. Вот два моих альбома на этом ресурсе:
Районы Донецка
Альбом Е.Ясенова
КВ: Почему Вы захотели принять участие в проекте donbass.NAME?
Это симпатичный мне проект: здесь — неравнодушные творческие люди, здесь — близкая мне тематика о городе, в котором я живу и который люблю. Здесь — люди, с которыми я совпадаю в основных вещах. В общем, здесь хорошо
П: Евгений, а фотографировать – это для Вас хобби или нечто большее?
Фотографировать для меня — к сожалению, меньше, чем хобби. Как говорится, люблю, но не умею. Слава богу, современная цифровая техника позволяет немножко скрыть свое неумение и дает шанс все-таки научиться снимать хорошо
КВ: Сейчас Вы работаете над новой книгой, о чём она?
Книга называется «Город, который придумал Юз«. Как легко догадаться по названию, она посвящена началу истории Донецка. Но это ни в коем случае не исторический трактат и тем более не учебник. Это — истории из жизни города в авторском изложении. Начинаю я с сарматов и заканчиваю 1945-м годом. Надеюсь, будут еще книги, в которых я расскажу и о 50-х, и о 60-х, и о 70-х. Материал есть, его хватит еще не на один том, и его с каждым днем становится все больше и больше: в Донецке еще есть много людей, которым есть что рассказать о том, каким был их город.
КВ: А скажите пожалуйста, возвращаясь к книге, будут ли отражены в ней фотографии терриконов Донецка, или же примут участие терриконы и из других городов?
Терриконы — это такая штука, что на них и отдельной книги не жалко. Но, конечно, в любой книге о Донецке обязательно встретишь террикон, в том числе — и в проекте «Город, который придумал Юз«. Даже если специально его туда и не вставляешь. Это как мизинец: о нем не думаешь и почти не замечаешь, но он всегда с тобой.
П: Скажите, а есть ли какие-нибудь, пускай даже зловещие, легенды связанные с терриконами? И известны ли случаи исцеления тяжело больных с помощью терриконовой породы? Ведь всякое в жизни бывает!
Было бы странно, если бы легенд о терриконах не было. Вот одна, которую я упоминал в одной из своих публикаций. Этой историей пугали маленьких детей чуть более взрослые дети в послевоенные годы. Темными вечерами в компаниях, теснившихся вокруг костра или в каких-нибудь подвалах, начинали говорить о том, что среди терриконов города Сталино есть один живой. В полночь он начинает дышать и даже немножко двигаться по окрестностям. С первым криком петухов, он опять мертвеет. И так – каждую ночь. Говорят (продолжали чуть более взрослые дети), что в терриконе скрыт какой-то демон, охраняющий золото – причем, не черное, а самое натуральное.
П: Хотелось бы вернуться к Вашей уже изданной книге «Прогулки по Донецку». Расскажите пожалуйста поподробнее о ней?
Это книжка, составленная на основе впечатлений от прогулок по разным районам города. Есть там и центр, есть и такие забытые богом места, как поселок «Октябрьский», где, кстати, я и имею честь проживать. Прогулки совершались, как правило, с человеком, живущим в конкретном районе. Таким образом (и только таким!) я мог понять суть этого места. Знаете, даже о таком районе, как «Октябрьский» можно рассказывать бесконечно. Судя по первым отзывам людей, прочитавшим эту книгу, главный результат достигнут: люди видят новый Донецк. Особенно это касается иногородних. Есть и негативные отзывы, но они касаются, как правило, стиля (с этим проблемы, увы) и фактологической достоверности (хотя я и не пытаюсь делать вид, что излагаю официальную историю или научное краеведение). Есть недовольные также по другому поводу: в книге отсутствует ряд ключевых мест города. Я нажил себе врагов на Буденновке, Лидиевке и Азотном. Придется исправляться и писать «Прогулки по Донецку-2»: иметь врагов в таких местах очень вредно для здоровья!
«Спасибо и от меня чудному форуму, а также всем, кто задавал вопросы!»
__________________________
*Посетитель — посетитель ресурса. В статье не указываются псевдонимы конкретных посетителей.
**
В толковых словарях понятие «глей», «глеевый горизонт» — это горизонт почвенного профиля, характеризующийся зелёной, голубой, сизой или неоднородной сизо-ржавой окраской, бесструктурностью и низкой порозностью.
 
Клим Вопрошалов (dN)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *